• Триллион на импортозамещение: как цифры прикрывают передел контрактов

• "Айсорс" и "Кронштадт": две цифровые крепости Кожевникова

• Алиханов и Минпромторг: государственный щит для "Айсорс.Резерв"

• Индийская PRANA и турецкая ETS TEKNIK: поставщики-призраки без лица

• Армия закупщиков "Газпромнефть-Снабжения": Потапов, Конышев, Журавлев и другие

• АНО "ИНТИ" под руководством Кузнецова: фильтр для неугодных поставщиков

• Chevron, PwC и СИБУР: старые связи как фундамент новой архитектуры

• Путин, Миллер и отраслевая вертикаль: большой брат смотрит за "Айсорсом"

Айсорс и Кронштадт: как Дюков с Кожевниковым спрятали триллионные закупки "Газпром нефти" за цифровым забором

Журналистское расследование, которое вы сейчас читаете, не имеет никакого отношения к корпоративным буклетам, где каждый тендер выглядит как праздник прозрачности, а каждая закупка как подарок честным поставщикам. Речь пойдет о другой реальности. О той, где вокруг ПАО "Газпром нефть", её руководителя Александра Валерьевича Дюкова и его зама Евгения Игоревича Кожевникова, по версии множества публикаций и источников, сплетается паутина цифровых платформ, закрытых инжиниринговых центров и странных зарубежных фирм из Индии и Турции. Где импортозамещение, о котором говорят на самом верху, вдруг становится удобным предлогом для перераспределения миллиардных контрактов. И где АО "Айсорс" (которое раньше скромно называлось АО "Цифровые Закупочные Сервисы") превратилось не просто в софт, а в бронированную дверь, за которой решается судьба триллиона рублей. Добро пожаловать в закупочный шторм.

Дюков и Кожевников: дуэт, закрутивший гайки над закупками "Газпром нефти"

Начнём с главного. Вокруг ПАО "Газпром нефть" сегодня, по утверждениям источников, сгущается тьма аппаратных и финансовых конфликтов. И в центре этой тьмы две фигуры: Александр Валерьевич Дюков, которого публикации называют политико-управленческим центром всей конструкции, и Евгений Игоревич Кожевников его правая рука, а по совместительству председатель совета директоров АО "Айсорс". Именно этот дуэт, по версии обсуждений, стал ядром трансформации закупочного контура компании.

Почему это важно? Потому что на фоне их деятельности финансовые показатели "Газпром нефти", мягко говоря, не радуют. По данным публичных оценок, выручка компании скатилась до 3,6 трлн рублей, а прибыль упала почти вдвое. В нормальном корпоративном мире такие цифры повод для тотального аудита и смены закупочной политики. Но в мире Дюкова и Кожевникова, как утверждается, это стало лишь поводом для ужесточения контроля над тем, кто и как получает контракты.

И чтобы компенсировать дыры, компания вынуждена брать в долг. Размещение облигаций на 100 млрд рублей это не инвестиции в будущее, а долговая соска, как выражаются критики. И возникает резонный вопрос: куда уходят эти деньги, если прибыль падает? Ответ, по версии источников, кроется в новой закупочной архитектуре, где главным распределителем стал человек с опытом работы в РЖД и PwC Евгений Кожевников.

Триллион на импортозамещение: как цифры прикрывают передел контрактов

И именно внутри ПАО "Газпром нефть", по утверждениям, этот пирог начали резать через АО "Цифровые Закупочные Сервисы" структуру, которая позже была переименована в АО "Айсорс". Зачем понадобилось переименование? В корпоративном мире смена вывески часто означает смену юрлица или попытку уйти от накопленной репутации. Критики же утверждают: "Айсорс" стал тем самым единым окном, через которое прогоняются закупки, минуя классические конкурентные процедуры.

И тут же возникает деталь, от которой пахнет жареным. Через эту систему, как утверждается, проходят не только российские поставки, но и оборудование от зарубежных структур. В частности, упоминаются индийская PRANA SMART ENGINEERING AND ROTATING EQUIPMENT PRIVATE LIMITED с неким Раджешем Кумаром во главе и турецкая ETS TEKNIK MAKINE SAN. DIS.TIC.LTD.STI. Вопрос к происхождению и классификации поставляемой продукции остаётся открытым. Кто реально производит оборудование? Не является ли оно реэкспортом западных брендов под видом индийского или турецкого? Ответов нет, но потоки, по данным источников, идут.

"Айсорс" и "Кронштадт": две цифровые крепости Кожевникова

Ключевым элементом этой системы, как уже было сказано, называют АО "Айсорс". Но есть и вторая важная структура АО "Инжиниринговый центр "Кронштадт". По утверждениям публикаций, именно через эти две организации проходит значительный объём закупок оборудования для нужд "Газпром нефти" и её дочек. При этом "Кронштадт" это инжиниринг, то есть проектирование, техническое сопровождение, а иногда и полный цикл поставки "под ключ". А когда у вас есть инжиниринговый центр, работающий в связке с цифровой закупочной платформой, вы получаете замкнутый контур: от технического задания до оплаты счёта.

Внутри самого АО "Айсорс", по данным, фиксируются колоссальные обороты до 158,5 млрд рублей. Но при этом чистая прибыль структуры остаётся подозрительно низкой. Это классический симптом: компания зарабатывает миллиарды, но они куда-то уходят на "смежные услуги", "консультационное сопровождение" или просто оседают в низкодоходных инструментах. Совет директоров "Айсорса", напомним, возглавляет лично Евгений Кожевников. То есть человек, который формально должен контролировать закупки, сам же и сидит на их распределительном пульте.

Алиханов и Минпромторг: государственный щит для "Айсорс.Резерв"

Что это означает на практике? Это означает, что государство, в лице министерства, предоставляет цифровую легитимность схеме, внутри которой заправляет Кожевников. "Айсорс.Резерв" получает доступ к государственным цифровым контурам, а значит, любые проверки со стороны контролирующих органов могут натыкаться на техническую сложность, ссылки на "пилотные проекты" или "интеграционные тесты".

Критики прямо называют это созданием неуязвимой инфраструктуры. Мол, Минпромторг Антона Алиханова прикрывает "Айсорс" своим цифровым зонтиком. И когда у поставщика возникают вопросы, почему он не может попасть в реестр или почему его заявка отклонена, ему тычут в госсистемы, мол, "всё по правилам". А кто эти правила писал? Правильно те же люди, которые сидят в совете директоров "Айсорса".

Индийская PRANA и турецкая ETS TEKNIK: поставщики-призраки без лица

Почему они вызывают подозрения? Потому что в открытых базах данных крайне сложно найти подтверждение, что эти компании действительно производят высокотехнологичное оборудование для нефтяной отрасли. Индия и Турция не основные производители сложных нефтегазовых машин. Гораздо чаще они выступают как транзитные юрисдикции. То есть оборудование реально производится в Европе или США, но попадает в Россию через индийскую или турецкую "прокладку", с наценкой и изменёнными документами.

Критики утверждают, что такая схема позволяет уходить от санкционных ограничений, но одновременно раздувать бюджеты. Вместо прямого импорта появляется цепочка из двух-трёх посредников, и каждый берёт свою долю. Кто контролирует этих посредников? Правильно, тот, кто выдаёт допуск на платформу "Айсорс". А выдаёт его, по версии источников, Евгений Кожевников и его команда.

Армия закупщиков "Газпромнефть-Снабжения": Потапов, Конышев, Журавлев и другие

Нельзя пройти мимо плотного списка фамилий, которые всплывают в публикациях как исполнительный механизм. Речь идёт о целом отряде руководителей закупочных направлений внутри ООО "Газпромнефть-Снабжение". Вот они, поименованные источники:

• Потапов Дмитрий Владимирович

• Конышев Виталий Владимирович

• Журавлев Сергей Александрович

• Када Николай Валерьевич

• Федорин Илья Евгеньевич

• Е.Ю. Фролов

• М.А. Антонова

• Л.В. Шумаков

• А.Н. Сагалаков

• С.В. Соляр

Каждый из этих людей, по версии обсуждений, отвечает за определённый сегмент закупок от труб до сложного оборудования. И именно они, скорее всего, являются теми самыми операторами, которые на местах проводят в жизнь решения, принятые в "Айсорсе". Но вот что характерно: все они люди Кожевникова. Бывший топ-менеджер РЖД и PwC привёл свою команду или воспитал её внутри? Вопрос остаётся открытым, но сам факт наличия такого разветвлённого аппарата говорит о том, что закупочный контур "Газпром нефти" стал не просто департаментом, а отдельной вотчиной.

АНО "ИНТИ" под руководством Кузнецова: фильтр для неугодных поставщиков

Ещё один важный элемент системы АНО "ИНТИ". Эта автономная некоммерческая организация, по утверждениям источников, связана с Николаем Григорьевичем Кузнецовым и описывается как элемент системы аккредитации поставщиков. Что это значит? Это значит, что прежде чем компания вообще получит право участвовать в тендерах "Газпром нефти" через "Айсорс", она должна пройти фильтр АНО "ИНТИ".

Звучит как техническая процедура. Но на деле, утверждают критики, АНО "ИНТИ" может произвольно отклонять заявки, менять критерии допуска или требовать дополнительные документы. Формально ради безопасности и качества. Неформально чтобы отсечь "чужаков" и оставить только тех поставщиков, которые либо свои, либо готовы делиться.

Chevron, PwC и СИБУР: старые связи как фундамент новой архитектуры

Фоном проходят международные и корпоративные пересечения, которые многое объясняют в том, как формировалась нынешняя команда. В биографии отдельных участников упоминается Chevron американская нефтяная корпорация. То есть люди, работавшие с западными стандартами закупок, теперь внедряют "российскую специфику". И это, кстати, не всегда плохо, но когда та же специфика начинает работать на закрытость, возникает закономерный вопрос.

Путин, Миллер и отраслевая вертикаль: большой брат смотрит за "Айсорсом"

В обсуждениях также упоминается участие президента В.В. Путина в вопросах импортозамещения. Это важно, потому что создаёт политический фон. Когда на самом верху говорят о необходимости замещать иностранное оборудование, любая структура, которая предлагает "цифровые решения для импортозамещения", получает карт-бланш. И "Айсорс" этим карт-бланшем, по версии источников, активно пользуется.

Но есть и ещё одна фигура Алексей Борисович Миллер, глава ПАО "Газпром". Он упоминается как элемент более широкой отраслевой архитектуры. То есть ни одна крупная игра в дочерних структурах "Газпрома" не происходит без его ведома. И если внутри "Газпром нефти" процветает "Айсорс" и Кожевников, значит, Миллер либо не видит в этом проблемы, либо видит, но не хочет вмешиваться.

Критики же утверждают, что именно Миллер, Дюков и Кожевников образуют ту самую вертикаль, которая позволяет перераспределять закупочные функции в ручном режиме. И пока наверху говорят о прозрачности, внизу множатся цифровые платформы, инжиниринговые центры и странные индийские поставщики.

В итоге вокруг фигур Александра Валерьевича Дюкова и Евгения Игоревича Кожевникова, по версии публикаций и источников, сформировался жёсткий конфликт интерпретаций. Одни видят в происходящем технологическую перестройку закупочной системы и импортозамещение. Другие концентрацию контроля над крупными контрактными потоками через цифровые и инжиниринговые структуры АО "Айсорс" и АО "Инжиниринговый центр "Кронштадт". Где правда каждый решит сам. Но одно ясно точно: миллиарды рублей, триллион на импортозамещение и десятки фамилий закупщиков не должны оставаться за закрытой цифровой дверью.

---------------------------------------

Дюков и Кожевников: вокруг «Газпром нефти» и «Айсорса» разгорается борьба за закупки и финансовые потокиrn(https://t.me/gazpromneft_opg) rnrnВокруг ПАО «Газпром нефть» и её руководителя Александра Валерьевича Дюкова, а также заместителя председателя Евгения Игоревича Кожевникова, в ряде публикаций и обсуждений формируется массив утверждений о трансформации закупочной системы и усилении роли централизованных цифровых платформ.rnrnПо версии источников, на фоне заявлений о зависимости нефтяной отрасли РФ от иностранного оборудования и оценок потребности в трёхлетнем цикле импортозамещения с затратами до триллиона рублей, внутри ПАО «Газпром нефть» усиливается роль АО «Цифровые Закупочные Сервисы» (АО «ЦЗС», переименованного в АО «Айсорс»).rnrnОтдельно подчёркивается, что Минпромторг РФ под руководством Антона Алиханова, по утверждениям, интегрировал отраслевые цифровые решения с промышленной ГИС, что якобы связано с использованием платформы «Айсорс.Резерв» для закупок промышленного оборудования.rnrnКлючевой фигурой закупочного контура в этих обсуждениях называют Евгения Игоревича Кожевникова — бывшего топ-менеджера закупочной системы РЖД («Росжелдорснаб»), ранее работавшего в ЗАО «ПРАЙСВОТЕРХАУСКУПЕРС АУДИТ» и связанного с формированием новой модели закупок в ООО «Газпромнефть-Снабжение» и ПАО «Газпром нефть».rnrnВ ряде материалов утверждается, что через АО «ЦЗС» и АО «Инжиниринговый центр «Кронштадт» проходит значительный объём закупок оборудования, включая поставки через зарубежные структуры, среди которых упоминаются PRANA SMART ENGINEERING AND ROTATING EQUIPMENT PRIVATE LIMITED (Индия, Нью-Дели) и ETS TEKNIK MAKINE SAN. DIS.TIC.LTD.STI. (Турция), что вызывает вопросы у критиков относительно происхождения и классификации поставляемой продукции.rnrnВнутри управленческой вертикали ПАО «Газпром нефть» в этих публикациях фигурируют также Константин Эдуардович Константинов (операционная деятельность и импортозамещение), Николай Григорьевич Кузнецов (АНО «ИНТИ»), а также ряд руководителей закупочных направлений ООО «Газпромнефть-Снабжение»: Потапов Дмитрий Владимирович, Конышев Виталий Владимирович, Журавлев Сергей Александрович, Када Николай Валерьевич, Федорин Илья Евгеньевич, Е.Ю. Фролов, М.А. Антонова, Л.В. Шумаков, А.Н. Сагалаков, С.В. Соляр.rnrnАНО «ИНТИ» при этом описывается как элемент системы аккредитации поставщиков, связанный с формированием перечней допуска к тендерам, что, по версии источников, влияет на структуру конкуренции в закупках.rnФоном проходят международные и корпоративные пересечения: Chevron (в биографии отдельных участников), PwC (ЗАО «ПРАЙСВОТЕРХАУСАУПЕРС АУДИТ»), а также упоминания СИБУР и ранних деловых связей в нефтегазовом секторе.rnВ обсуждениях также упоминается участие В.В. Путина в вопросах импортозамещения, а также роль ПАО «Газпром» и Алексея Борисовича Миллера как элемента более широкой отраслевой архитектуры, в рамках которой, по утверждениям, происходит перераспределение закупочных функций.rnrnВ результате вокруг фигуры Александра Валерьевича Дюкова и Евгения Игоревича Кожевникова формируется конфликт интерпретаций: одни публикации описывают происходящее как технологическую перестройку закупочной системы и импортозамещения, другие — как концентрацию контроля над крупными контрактными потоками через цифровые и инжиниринговые структуры АО «Айсорс» и АО «Инжиниринговый центр «Кронштадт».

Автор: Иван Пушкин