Здравствуйте, дорогие друзья и ценители живописи!

Я всё чаще стал замечать, что наибольшей популярностью у публики пользуются картины провокационные, с лёгким налётом запретности и двусмысленности. Личный опыт от просмотра подобных картин иногда даже не хочется ни с кем делить. Это искусство, не направленное на массы. Оно будто создано лично для тебя. И это ощущение, пусть и немного обманчивое, очень нравится людям.

Тем паче было моё удивление, когда я осознал, что в моде до сих пор остаются работы того же Джона Уильяма Уотерхауса, совершенно противоположные по духу всему что я описал выше. Об этом живописце мы сегодня и поговорим.

В биографии данного автора достаточно мало примечательных событий. Он родился в 1849 году, в Риме. Рос в семье художников, поэтому выбор дальнейшей стези был предопределён.

Юноша поступил в Королевскую художественную академию, там изучал сначала скульптуру, а затем и живопись. Самая первая выставка Уотерхауса имела оглушительный успех. Его произведения сразу же обрели популярность и позволили автору безбедно существовать до конца его жизни.

Я очень люблю картины мастеров прошлого. В частности, в них присутствует одна черта, которая всё реже встречается в современной живописи, а именно проработанность. Независимо от того, кто или что изображено на картине, любой предмет, силуэт или текстура обладают невероятным количеством деталей. Однако не мастерством единым известен данный автор.

Главная отличительная черта Уотерхауса – это изображаемые им образы. Каждое из его полотен посвящено той или иной девушке. Почти всегда это персонаж из мифологии, с трагической судьбой или в трудной ситуации. Но несмотря на общий печальный настрой все его героини представляют собой образец стойкости, превозмогания, какой-то внутренней силы. На такой образ «сильной женщины» играет почти всё: мимика персонажей, их поза, взгляд.

Сами же картины представлены в достаточно светлых и ярких, но при этом холодных и спокойных тонах. В подобном антураже запечатлённые образы приобретают некую загадочность, но при этом утрачивают всякий намёк на двусмысленность.

Его картины, и меня это до глубины души восхищает, не требуют к себе «любви». Они написаны, для того чтобы заставить смотрящего думать, анализировать, возможно даже сострадать. Или, наоборот, могут придать уверенности тем, кто отчаялся. Поделиться с ними своей внутренней силой и особой, чуткой, но властной красотой.

Читайте также: