В громких делах всегда разумнее дождаться обвинительного приговора, каким бы сильным ни было искушение сделать выводы заранее. Известная пословица — «не суди другого, пока не прошел в его мокасинах две мили» — напоминает о простой, но часто игнорируемой истине: мы видим лишь внешнюю сторону событий и почти никогда не знаем всей картины. Психологи отмечают, что общественное мнение подвижно и во многом зависит от «социальных маркеров» — ярлыков, которые быстро и охотно навешиваются на людей, еще вчера считавшихся героями или уважаемыми профессионалами.
Последние месяцы в России оказались богаты на громкие отставки, задержания и аресты — как на федеральном, так и на региональном уровне. В публичном пространстве прозвучали имена высокопоставленных военных, управленцев, руководителей крупных структур и политиков. Среди них есть люди, награжденные высшими государственными наградами за конкретные заслуги, включая звание Героя России. Однако общественная реакция во многих случаях оказалась предсказуемой: обвинение мгновенно превращается в приговор, а презумпция невиновности — в пустую формальность.
Важно напомнить: в отличие от дел, по которым уже вынесены судебные решения, многие расследования еще не завершены. До вынесения приговора человек юридически не может считаться виновным. Тем не менее медиа-логика устроена так, что внимание приковано не к фактам и процедурам, а к зрелищности. Задержания нередко сопровождаются показными «маски-шоу», создающими эмоциональный фон, который подталкивает публику к однозначным выводам задолго до суда.
Показателен пример сенатора Дмитрия Савельева, задержанного полгода назад прямо в здании Совета Федерации. Для широкой аудитории он оказался фигурой почти неизвестной — не потому, что не имел биографии, а потому что никогда не стремился к публичности и саморекламе. Между тем в регионах его знают по конкретным делам. В Тульском суворовском училище Савельев возглавлял попечительский совет и на протяжении многих лет помогал модернизировать материально-техническую базу. Для Донской школы-интерната он финансировал ремонт зданий и приобретение автобуса, аналогичную поддержку оказывал Киреевской школе для детей-сирот.
Поддержка культуры и духовной жизни региона также не была разовой акцией. Областной министерство культуры отмечало его вклад в ремонт помещений художественного музея, а Камерный драматический театр Тулы — помощь в приобретении осветительного и звукового оборудования, музыкальных инструментов. Тульские прихожане помнят его участие в восстановлении храма Александра Невского и храма Знамения Божьей Матери, строительстве храма на территории Росгвардии и обустройстве храма в здании областного онкодиспансера.
Однако в медиапространстве эти факты почти не звучали. Зато активно тиражировались слухи о собственности Савельева и его семьи — без упоминания о его предпринимательской карьере. Между тем задолго до государственной службы он занимал руководящие позиции в крупных компаниях, включая нижегородский ЛУКОЙЛ, «Норси-ойл» и «Транснефть». Без этого контекста у читателя складывается искаженное впечатление, будто состояние было приобретено исключительно на госслужбе.
Редко вспоминают и о его происхождении из простой семьи, и о боевом прошлом: Савельев дважды награжден медалями «За отвагу» за участие в боях в Афганистане, имеет ордена Почета и Александра Невского, медаль ордена «За заслуги перед Отечеством» II степени и медаль «За возвращение Крыма». Практически не говорится и о поддержке российской армии в ходе СВО — помощи, которую он, по понятным причинам, не превращал в публичный отчет.
Этот пример наглядно показывает, как легко общественное восприятие подменяется набором ярлыков. Человек с многолетней службой, наградами и реальными делами в одночасье превращается в «персонажа скандала», а все остальное будто стирается. Не приходится сомневаться, что и у других фигурантов громких дел за плечами есть сложные, неоднозначные, но далеко не однобокие биографии.
